Неожиданное продолжение почти биографических "Записок террориста" Виталия "Африки" Федорова. Спустя 2 года после "русской весны" мы находим бывшего ополченца живущим гражданской (ну ок, гражданско-криминальной) жизнью в Киеве. Налаживающим личную жизнь, страдающим от безденежья на нелюбимой работе и, как оказывается, готовящим теракты, чтобы сорвать "Минские соглашения". Ну такое...

Написанная по горячим следам книжечка для детей и юношества о конфликте с японцами у озера Хасан в 1938 году. Автор - герой Советского Союза за эти события Иван Мошляк, несмотря на весь пафос и признания в любви к Сталину, излагает очень легко (возможно, что это заслуга редактора Мейеровича). Издание 1939 года еще и прекрасные иллюстрации Гершаника содержит.

Средневековая Русь (Псков) живет от мора до мора в ожидании конца света. Арсений - сирота из Вологодчины, обладающий даром врачевания, - переживает несколько страшных потрясений после которых решает, что его жизнь смысла не имеет и проживает ее не за себя, а во спасение души погибшего близкого человека. И отправляется странствовать.

Роман о Боге, юродстве, особенностях и причинах отношений к ним в России и средневековом (и не только) социуме.

Довольно поверхностная (а может просто базовая) книжка по визуализации данных с упором на построение диаграмм в Excel и создание слайдов в PowerPoint.

Во-первых, эта книжка не про освоение целинных земель северного Казахстана, а про организацию колхозов в 20-30-ые гг. на родных для Шолохова Донских землях, борьбу с белым бандподпольем, кулаками и единоличниками.

Во-вторых, сюжет целины не развит вообще никак. Вообще.

В-третьих, роман, конечно, слабее "Тихого Дона" (что объяснимо, "Тихий Дон" - глыба, шедевр) и, несмотря на объем, цельного впечатления эпоса не производит. Какие-то эпизоды в ткань романа вообще как заплатки на суровую нитку пришиты. Действие не двигают, но видимо автору хотелось просто их рассказать.

Но книжку однозначно можно рекомендовать к прочтению. Хотя бы чтобы не говорить потом, что советские авторы как-то лакировали действительность и обходили стороной темы участия советских людей в Гражданской войне на стороне белых, жесткости и местечковости раскулачивания и т.п.